Публикации

с Абаем

Абай (Иб­ра­гим) Ку­нан­ба­ев

Сло­ва на­зида­ния в сти­хот­ворном пе­рело­жении рек­то­ра Ал­ма­тинс­кой Пра­вос­лавной Ду­хов­ной се­мина­рии епис­ко­па Кас­ке­ленс­ко­го Ген­на­дия

 

Сти­хот­ворное пе­рело­жение тво­рений Абая Ку­нан­ба­ева – ве­лико­го ка­захс­ко­го по­эта кон­ца XIX – на­чала XX вв., пи­сате­ля, об­щест­вен­но­го де­яте­ля, ком­по­зито­ра, ос­но­вопо­лож­ни­ка ка­захс­кой пись­мен­ной ли­тера­туры и её пер­во­го клас­си­ка – вы­пол­не­но рек­то­ром Ал­ма­тинс­кой ду­хов­ной се­мина­рии епис­ко­пом Кас­ке­ленс­ким Ген­на­ди­ем (Го­голе­вым).

Пер­вое Сло­во

Не­мало мною прой­де­но до­рог,
И мно­гое в пу­ти я ис­пы­тал:
Я ук­ло­нить­ся от борь­бы не мог,
Су­дил неп­ра­во, спо­рил, рев­но­вал.
Но ско­ро ста­нет бли­зок мой ко­нец
Я обес­си­лел и ус­тал ду­шой,
И убе­дил­ся, что до злых сер­дец
Не дос­ти­га­ют бла­гость и по­кой.
Бесп­ло­ден я: не вид­но смыс­ла мне
В за­няти­ях мо­их на скло­не дней.
Не вста­ну с мо­лоды­ми на­рав­не,
Пы­лая страстью из­ме­нить лю­дей.
Неб­ла­года­рен бед­ный мой на­род,
Не об­легчить мне тя­гос­тей его!
Он сво­его вож­дя лишь прок­ля­нет,
Не при­нимая бла­га от не­го.
Я не же­лаю ум­но­жать ста­да.
Во­ров ли, поп­ро­ша­ек мне кор­мить?
Пус­кай мой сын не­сет яр­мо тру­да,
Коль сре­ди них бо­гатым хо­чет слыть.
Про­дол­жить изу­чение на­ук?
Но как сме­шон тор­го­вец не­кий был,
Что пол­ный дра­гоцен­ностей сун­дук
В не­хоже­ной пус­ты­не раз­ло­жил!
Ник­то не ищет зна­ний у ме­ня.
В мо­лит­ве ль ны­не ду­шу изолью?
Но нет по­коя — на ис­хо­де дня,
Мо­лит­вой я ду­ши не ис­це­лю.
За­нять­ся вос­пи­тани­ем де­тей?
Но что им нын­че на­доб­но уз­нать?
Я не пой­му их мыс­лей и пу­тей
И не смо­гу на поль­зу вос­пи­тать.
И рас­су­див о го­рес­тях как мог,
Я поп­ро­сил бу­маги и чер­нил,
Что­бы прос­той и бе­зыс­кусный слог
Мои Сло­ва на­веки сох­ра­нил.
Быть мо­жет, кто-то пе­репи­шет их,
Что­бы ос­та­вить в па­мяти людс­кой,
А ес­ли нет — бо­гатс­тво слов мо­их
Сой­дет в мо­гилу нав­сегда со мной.

 •••

Вто­рое сло­во

Я слы­шал в детс­тве ядо­витый смех —
В се­ле ка­зах уз­бе­ка ос­ме­ял:
«Трус­ли­вым сар­том» обоз­вал при всех,
А речь уз­бе­ка «трес­котней» наз­вал.
Дру­гой ка­зах шу­тил, ког­да при нем
Но­гай-та­тарин осе­дал ко­ня.
Сме­ял­ся над при­шель­цем каж­дый дом,
И шут­ки их за­бави­ли ме­ня.
Ког­да ка­захи, со­бира­ясь в круг,
Раз­ве­селив­шись, пи­ли до ут­ра,
Я слы­шал, что и русс­кий мне не друг —
Ведь друж­ба с ры­жим не не­сет доб­ра.
Как мой на­род прек­ра­сен, зна­менит! —
Я по ут­рам с мо­лит­вой воск­ли­цал.
Как жа­лок чу­жезем­цев стран­ный вид!
И я с вос­торгом Бо­га прос­лавлял.
Но шли го­да. И детс­кий мой вос­торг
Сме­нил­ся че­редой уп­ря­мых дум:
А опыт пра­во оце­нить по­мог
Уз­бе­ков бла­гочес­тие и ум.
Я ужас­нулся до­мыс­лам сво­им,
Ког­да расс­тал­ся с ни­ми невз­на­чай:
Ведь кто еще под не­бом го­лубым
Тру­долю­бив, вы­нос­лив как но­гай?
Я по­сылаю, братья, вам пок­лон
За то, что с ва­ми этот мир поз­нал.
И в ста­рос­ти я сам се­бе сме­шон
За то, что русс­ких в детс­тве ос­ме­ял.

•••

Чет­вертое сло­во

Дав­но ска­зали сло­во нам от­цы,
Что смех пус­той соз­на­ние пьянит.
Бе­гут от глу­пых шу­ток муд­ре­цы,
И тру­женик от пьяни­цы бе­жит.
В ве­селос­ти бес­печной скрыт по­рок —
Она ве­дет к раст­ле­нию ума.
Без­дель­ни­ка в нуж­де ос­та­вит Бог,
Ему гро­зят бес­честье и су­ма.
Дос­та­ток в этом ми­ре по­теряв,
През­рен сво­ей за­житоч­ной род­ней,
Мо­гиле дань пос­леднюю от­дав,
И пос­ле смер­ти бу­дет он из­гой.
Но тот, кто мо­жет бод­рый дух соб­рать
И пре­быва­ет в ра­зуме сво­ем —
Уны­ние уме­ет по­беж­дать
Не сме­хот­ворс­твом, а свя­тым тру­дом.
Не уби­вать­ся го­рем вас учу,
В пле­ну пе­чали по­теряв­ши вид,
До­верь­тесь ми­лосерд­но­му вра­чу —
Вас труд от всех пе­чалей ис­це­лит.
Но ти­хий смех мо­их кос­нется уст,
Ког­да уви­жу доб­рые де­ла,
И не умолк­нет, от­го­няя грусть,
Что­бы ду­ша от ра­дос­ти цве­ла.
Не ра­дуй­тесь пос­тупкам под­ле­ца —
Прит­ворный смех про­тивен бу­дет вам.
И, что­бы не прог­не­вать вам Твор­ца,
Не ссорь­тесь ни­ког­да по пус­тя­кам.

 •••

Пя­тое сло­во

Ког­да тес­нит пе­чаль но­чами грудь,
И те­ло из­ны­ва­ет от тос­ки,
Не в си­лах бу­дет че­ловек вздох­нуть,
И дух его как буд­то взят в тис­ки.
Тог­да бес­силь­но дни свои вла­чит
Иль ме­чет­ся, не на­ходя при­ют,
И по ли­цу, те­ря­юще­му вид,
Так час­то сле­зы горь­кие те­кут.
Но от­че­го, ска­жи, твоя пе­чаль?
Ты из­не­мог под бре­менем за­бот?
Иль алч­но­му чу­жих сок­ро­вищ жаль,
Что в собс­твен­ном до­му не дос­та­ет?
Нап­расно Бо­гу бу­дешь до­саж­дать
Мо­лит­вою о без­мя­теж­ных днях.
Не луч­ше ли же­лания унять?
И об­рести ду­шою Бо­жий страх?
Се­бя в ли­чину скром­ности об­лечь,
По­тупив в зем­лю ли­цемер­ный взгляд,
Ты мо­жешь, но свою не скро­ешь речь —
Твои сло­ва те­бя изоб­ли­чат.
Силь­на при­выч­ка на­живать доб­ро
Не­чест­ным и неп­ра­вед­ным пу­тем.
А коль па­дет на го­лову по­зор,
Драть во­рот бра­ту, стоя на сво­ем.
Пус­кай ты мно­го в жиз­ни пре­ус­пел:
Дос­тиг по­чета, пре­воз­нес се­бя.
Но де­ти, что пло­хих сты­дят­ся дел,
Угод­ны Бо­гу бо­лее те­бя.

 •••

Шес­тое сло­во

Лю­бой ка­зах в по­рыве луч­ших чувств
Пос­ло­вицей пе­ред то­бой блес­нет
О том, что еди­ненье — верх ис­кусств,
И общ­ность ста­да сох­ра­нит их род.
Но ес­ли пле­мя зав­ла­де­ет всем,
От каж­до­го заб­рав пло­ды тру­дов,
То раз­ве не нас­ту­пит вмес­те с тем
В нем рай для ту­не­яд­цев и во­ров?
Я свой со­вет хо­чу ка­захам дать:
Род не спа­са­ет об­щее доб­ро.
Единс­тво мыс­лей нуж­но вам стя­жать,
А не в од­ном под­ва­ле се­реб­ро!
В ауле каж­дый ак­са­кал умен,
На все го­това муд­рость у не­го:
Су­щест­во­ванье по­чита­ет он
Ос­но­вою дос­татка сво­его.
Мы це­лый день, как ов­цы, смот­рим вниз,
Дос­та­ток, на­сыще­ние лю­бя,
Слу­женью пло­ти пос­вя­щая жизнь,
Ско­там мы упо­доби­ли се­бя.
К сло­вам Абая об­ра­щая слух,
Уз­най же прав­ду бед­ный мой на­род
О том, что плотью пра­вить дол­жен дух —
И труд ис­кусс­твом каж­дый на­зовет.
Лишь за­пис­ной без­дель­ник и на­хал
К дар­мо­вой пи­ще тя­нет­ся, спе­ша.
И как бы ви­дом он не вос­хи­щал,
Смер­дит его бесс­тыд­ная ду­ша.

 •••

Седь­мое сло­во

Во всем пос­лу­шен зо­ву ес­тест­ва,
От го­лода мла­денец ищет мать.
С при­родой свя­зан уза­ми родс­тва,
Он Бо­жий мир стре­мит­ся поз­на­вать.
Вот два стрем­ленья: те­ла и ду­ши —
В нас вло­жены с рож­де­ния Твор­цом.
Нам счас­тие  се­бе не зас­лу­жить,
Коль мы од­ним из них пре­неб­ре­жем.
Ре­бенок тя­нет руч­ки ко все­му,
Вни­ма­ет пенью, му­зыке, сти­хам.
И пи­щу лю­бопытс­тву сво­ему
Со вре­менем уже на­ходит  сам.
Но по­чему так быст­ро повз­рос­лев,
К при­роде мы те­ря­ем ин­те­рес?
По­гас­нет взор, в тос­ке отя­желев,
По­мерк­нет мир отк­ры­тий и чу­дес.
Мы при­зем­ли­ли ду­ши, мы соч­ли
За жизнь  — ауль­ных расп­рей че­реду.
Мы кни­гу ми­роз­данья не проч­ли,
А пог­ру­зились в мел­кую враж­ду.
На все го­тов бесс­мыс­ленный от­вет:
«Пусть каж­дый лишь сво­им умом жи­вет»!
И  муд­ро­го  до­вер­чи­вый со­вет
На­пыщен­ный не­веж­да от­ме­тет.
Не ви­дят лю­ди в зна­ни­ях доб­ра
Не смот­рят даль­ше но­са сво­его.
И детс­ких дней да­лекая  по­ра
Мне ка­жет­ся прек­раснее все­го.

 •••

Вось­мое сло­во

Кто внем­лет нын­че гла­су муд­ре­цов,
И рад учить­ся  ис­ти­нам свя­тым? —
На­чаль­ник глух.  Над­менное ли­цо
Он об­ра­ща­ет рав­но­душ­но к ним.
Ведь  влас­ти до­бива­ет­ся лишь тот,
Кто лю­бит сам с вос­торгом  по­учать
И бий про­ходит, вы­пятив жи­вот,
Всег­да го­товый, как про­рок,  ве­щать.
Быть мо­жет, ищет зна­ний бо­гатей,
Же­лая их ко зла­ту при­ложить? —
Но день­ги для не­го все­го нуж­ней,
Он  да­же Бо­га хо­чет под­ку­пить.
Свя­тую ве­ру, ро­дину, на­род,
От­ва­гу и ре­шитель­ность в гла­зах
Все за­меня­ет бо­гатею  скот:
Он день и ночь пе­чет­ся о ста­дах.
Зло­дей и вор, как ка­мень, бу­дет глух
Меж ним и сло­вом ис­ти­ны – сте­на.
Он слов­но по­терял од­нажды слух
И со­весть в нем, как буд­то, сож­же­на.
Муд­рец для силь­ных ми­ра, как чу­жой,
Он до­саж­да­ет би­ям и князьям.
И лишь бед­няк ос­та­нет­ся со мной
Вни­мать прав­ди­вым и свя­тым сло­вам.
Но как ему я ста­ну до­саж­дать
Расс­ка­зами о сла­ве прош­лых дней
И тя­жесть по­уче­ний воз­ла­гать
На пле­чи, что по­ник­ли от скор­бей?

 •••

Де­вятое сло­во

По сво­ему рож­де­нию ка­зах,
Я ны­не стран­но к братьям от­но­шусь:
К ним боль­ше нет люб­ви в мо­их очах,
Но в неп­ри­яз­ни к ним не приз­на­юсь.
Как  не лю­бить на­рода сво­его?
Я вос­хи­щать­ся б им не ус­та­вал
Коль, серд­цем зная все чер­ты его,
На­шел средь них  дос­той­ные  пох­вал.
А, ес­ли б пре­зирал я свой на­род,
Я  не об­щался б с ни­ми  ни­ког­да
И не отк­рыл бы пред глуп­ца­ми рот,
Мол­ча­ни­ем спа­са­ясь от  сты­да.
Но,  братья, — я не мог ос­та­вить вас!
И, не пи­тая приз­рачных на­дежд,
Я с ва­ми встре­чу свой пос­ледний час,
Не­поня­тый в соб­ра­нии не­вежд.
В до­саде стал я хмур и не­людим,
Здо­ровый те­лом – ду­хом омерт­вел.
По­ка еще ка­жусь  жиль­цом зем­ным,
Но мрак мо­гиль­ный серд­цем ов­ла­дел.
Сер­жусь – но гне­ва мне не­дос­та­ет
Сме­юсь – но серд­це мерт­вое мол­чит.
И речь моя, ед­ва отк­рою рот,
Как бы чу­жая, ти­хо проз­ву­чит.
Че­го я жду на сто­роне род­ной?
Ее по­кинуть стар­цу си­лы нет.
Но мо­жет, чу­до сот­во­рят со мной
Мои ка­захи из гря­дущих  лет?

 •••

Де­сятое сло­во

С на­деж­дой роб­кой счет ве­дя го­дам,
Семья ка­заха мо­лит­ся и ждет
Ког­да же  Бог опо­ру ста­рикам —
Им сы­на и нас­ледни­ка пош­лет?
И лишь от­ца при­дет­ся схо­ронить
И мать окон­чит тя­гост­ные дни
За них мо­лит­вы бу­дет воз­но­сить
Нас­ледник их дос­татка и люб­ви.
Но кто в семье по­ручит­ся всерьез
Что Бог им  сы­на доб­ро­го по­даст?
Они прольют, быть мо­жет, мо­ре слез
И прок­ля­нут   его рож­денья час.
И  кто из них по­думал иног­да,
Что груз сво­их оши­бок и гре­хов,
Не ве­дая сом­не­ний и сты­да
На пле­чи сы­на воз­ло­жить го­тов?
За­чем те­бе  мо­лит­вы сы­новей?
Твое доб­ро ве­ка пе­режи­вет
А коль твоя ду­ша уг­ля чер­ней
И сын те­бя доб­ром не по­мянет.
Ле­лея детс­тво сы­на сво­его
Ка­кой ты по­да­ешь ему при­мер?
Усерд­но учишь гра­моте его
И зло­бою пи­та­ешь, ли­цемер!
Неп­ра­вед­но бо­гатс­твом зав­ла­дев
Ты не най­дешь по­коя для се­бя
Нас­ледник твой, в на­уках пре­ус­пев,
С по­зором от­ре­чет­ся от те­бя.